Каким должен быть иконостас православного храма, почему иконостасы в разных храмах бывают разными? Дело в том, что в разные века иконостас тоже был разным.
Достаточно уверенно судить по сохранившимся образцам о том, каким был средневековый русский иконостас можно, начиная с 15-го века. Одним из древнейших образцов является иконостас Благовещенского собора Московского кремля. Характерным для средневекового русского иконостаса являлся трехфигурный деисус с иконой в центре “Спас в силах”. Фактически обязательным для русского иконостаса с того времени и до сих пор является наличие в деисусном чине святителей-творцов Литургии.
В Успенском соборе во Владимире к деисусному добавляется пророческий ряд. Начиная с Троицкого сбора Троице-Сергиевой лавры, русский иконостас больше не прерывается несущими столбами, простираясь от стены до стены. Иконы алтарной преграды не всегда писались на досках, но иногда выполнялись в виде фресок. Постепенно растет число икон во всех чинах иконостаса. Например, в праздничный ряд добавляются иконы с изображением событий Страстной седмицы и др.
Над Царскими вратами средневекового русского иконостаса появляется сень – икона, изображающая Евхаристию. Эта икона как бы восполняет верующим созерцание Таинства при закрытых Царских вратах. Нынешнее изображение Тайной Вечери над Царскими вратами появилось гораздо позднее – только с середины 17-го века.
С 16 века в деисусном чине за образами мучеников появляются первые образы преподобных. Поначалу это были (высокие и узкие) образы столпников, заполняющие место, остающееся до стены храма.
В 16 веке пророческий ряд начинает обычно писаться во весь рост, а над ним появляются первые поясные образы праотцев, к которым поначалу часто добавляли изображения херувимов. Иногда ростовые иконы пророков располагали под наклоном для удобства смотрящих на них снизу. Также в это время появляется редкий ныне пядничный чин. Продолжает расти и праздничный ряд, в который в 16 веке добавляется, в частности, праздник Крестовоздвижения.
Царские врата все это время оставались практически неизменными, хотя возможны редкие варианты-исключения из этого правила – с изображением на них святителей, праздников и даже варианты сразу с двумя царскими вратами (тверская деревянная церковь свв.Иоакима и Анны), считавшиеся, впрочем, вполне допустимыми. А вот ведущие в алтарь диаконские двери, на которым мы привыкли видеть архангелов или же (перво-)диаконов, изначально украшали разнообразные и многочисленные сюжеты потерянного и возвращенного рая и т.п.
С 17 века зрительная разница между пророками и праотцами исчезает, поскольку оба ряда становятся ростовыми. В связи с ориентацией того времени на все греческое, деисусный ряд наполняется изображениями Апостолов. Нынешние иконописцы его иногда так и называют – Апостольским рядом.
Общая тенденция смены поясных икон ростовыми с одновременным увеличением рядов иконостаса в 17 веке побудила к тому, чтобы иконы праздников располагать сразу над местным рядом – где их хорошо видно. Это тем более было актуально, что во многих кафедральных соборах стали делать сразу по нескольку праздничных и деисусных рядов, отчего иконостас стал еще выше. В итоге на смену “горизонтальным” средневековым иконостасам пришли иконостасы высокие и “вертикальные”. Также с 17 века было принято венчать иконостасы по греческому образцу – Крестом, и этого решения достаточно строго придерживаются и по сей день.
С 17 века исчезает строгое выравнивание чинов по горизонтали. Например, в иконостасе Ростокинского храма иконы Спаса и Божией Матери тоже находятся несколько выше соответствующих деисусных и пророческих чинов, в то время как в соседнем храме свв.Адриана и Наталии центральные иконы находятся каждая в своем ряде.
Более поздние иконостасы чаще всего являются неким вольным архитектурным осмыслением раннего русского или византийского иконостаса. Храмов 18 и 19-го веков сохранилось достаточно много, и почти в каждом из них можно найти свои интересные особенности.
Подробнее об этом можно послушать в лекции
Больше об иконостасе Ростокинского храма можно узнать на сайте по ссылке
Слава Богу за все!